22 февраля 2017 года Конституционный Суд Республики Карелия провозгласил решение по делу о проверке на соответствие Конституции Республики Карелия правовых предписаний частей 6, 7 статьи 3 и статьи 4 Закона Республики Карелия от 28 ноября 2005 года № 921-ЗРК «О государственном обеспечении и социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» и пункта 4 Порядка установления факта невозможности проживания детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в ранее занимаемых жилых помещениях, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых они являются, утвержденного постановлением Правительства Республики Карелия от 19 марта 2013 года № 99-П, в связи с обращением Павловой Надежды Георгиевны

22 февраля 2017 года Конституционный Суд Республики Карелия провозгласил решение по делу о проверке на соответствие Конституции Республики Карелия правовых предписаний частей 6, 7  статьи 3 и статьи 4  Закона Республики Карелия от 28 ноября 2005 года № 921-ЗРК «О государственном обеспечении и социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» и пункта 4 Порядка установления факта невозможности проживания детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в ранее занимаемых жилых помещениях, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых они являются, утвержденного постановлением Правительства Республики Карелия от 19 марта 2013 года № 99-П, в связи с обращением Павловой Надежды Георгиевны.

История вопроса

Дополнительные гарантии прав на имущество и жилое помещение такой категории лиц как дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, установлены Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» и состоят в обеспечении государством дополнительной меры по социальной защите в виде однократного предоставления благоустроенных жилых помещений специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным.

В соответствии с федеральным законодательством органы государственной власти субъектов Российской Федерации обязаны были принять законы, обеспечивающие решение вопросов предоставления жилых помещений детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и определить нормативными правовыми актами механизмы реализации права указанной категории лиц на дополнительную меру по социальной защите.

В Республике Карелия принят Закон Республики Карелия от 28 ноября 2005 года № 921-ЗРК «О государственном обеспечении и социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» и ряд подзаконных актов, в том числе, Порядок установления факта невозможности проживания детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц  из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в ранее занимаемых жилых помещениях, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых они являются, утвержденный постановлением Правительства Республики Карелия № 99-П от 19 марта 2013 года.

Заявительница оспаривала части 6, 7 статьи 3 и статью 4 Закона Республики Карелия и пункт 4 вышеуказанного Порядка.

Оспоренными правовыми предписаниями статьи 3 Закона Республики Карелия установлено следующее:

дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, однократно обеспечиваются благоустроенными жилыми помещениями специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений в порядке, установленном Правительством Республики Карелия;

список лиц ведется по установленной уполномоченным органом форме на бумажном и электронном носителях путем внесения в него реестровых записей;

в соответствии с федеральным законодательством в список включаются лица, достигшие возраста 14 лет; предоставление детям-сиротам, детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, жилых помещений является основанием для исключения указанных лиц из списка.

Оспоренная статья 4 Закона Республики Карелия регулирует вопросы передачи осуществления отдельных государственных полномочий Республики Карелия, в том числе в сфере обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, органам местного самоуправления муниципальных районов и городских округов.

Пункт 4 Порядка установления факта невозможности проживания детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в ранее занимаемых жилых помещениях, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых они являются, утвержденного постановлением   Правительства   Республики   Карелия     от   19 марта  2013 года

№ 99-П, в составе документов, предоставляемых детьми-сиротами, детьми, оставшимися без попечения родителей, лицами из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в орган местного самоуправления для рассмотрения вопроса об установлении факта невозможности их проживания в ранее занимаемых  жилых помещениях, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых они являются, указывает заявление об установлении такого факта, медицинскую справку о том, что лица, проживающие в жилом помещении, страдают тяжелой формой хронических заболеваний, и заключение о несоответствии жилого помещения требованиям, предъявляемым к жилому помещению.

Позиция заявительницы

Оспариваемые правовые предписания, по мнению заявительницы, не соответствуют Конституции Республики Карелия, ее статьям 4 (часть 2), 5 (часть 2), 16 (часть 1), 17, 19, 26 (части 2 и 3), поскольку  не отвечают требованиям формальной определенности правовых норм, что не обеспечивает реализацию права детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на однократное обеспечение благоустроенными жилыми помещениями специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений, а также устанавливают обременительные требования для граждан.

 

Позиция Суда

Конституционный Суд РК отметил следующее.

Нормативное содержание процедуры взаимодействия органов, реализующих государственные полномочия при формировании списка детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот  и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями, между собой, а также указанных органов с лицами, имеющими право на дополнительную меру по социальной защите, должно определять конкретный перечень сменяющих друг друга юридически значимых, достаточных для достижения конечного результата действий сторон, а также позволять сторонам соотносить с установленными правилами свое поведение, предвидеть правовые последствия своих действий.

Оспариваемые правовые нормы в системе действующего законодательства характеризуются высокой степенью неопределенности.

Поскольку оспариваемые положения Закона не устанавливают перечень сведений, направляемых для формирования списка, не определяют орган, уполномоченный на установление формы списка, то орган исполнительной власти Республики Карелия, уполномоченный на формирование списка, утверждая новую форму списка по своему усмотрению, в отсутствие оснований, изменял форму списка.

Как установлено в ходе судебного заседания и подтверждается материалами дела, в сложившейся правоприменительной практике правовые акты о включении конкретных лиц  список и их исключении из списка принимаются как органом исполнительной власти Республики Карелия, уполномоченным на формирование списка, так и органами местного самоуправления; исключение из списка осуществляется как по единственному предусмотренному федеральным законодательством и оспариваемыми положениями закона основанию – в связи с предоставлением жилого помещения, так и по иным, не указанным в законе, основаниям.

Порядок взаимодействия уполномоченного на формирование списка органа исполнительной власти Республики Карелия, органов местного самоуправления муниципального образования, на территории которого проживало лицо, и органов местного самоуправления муниципального образования, на территории которого проживает лицо (например, в случае переезда для получения профессионального образования, к месту работы, месту жительства супруга), в целях внесения соответствующих изменений в список оспариваемые положения Закона не устанавливают, что порождает неопределенность в вопросе о порядке внесения изменений в список и об ответственном за это органе.

Оспариваемые положения Закона не устанавливают последовательность действий органов местного самоуправления муниципального образования, на территории которого находится жилое помещение, признанное непригодным для проживания, органов местного самоуправления, на территории которого находится место жительства ребенка-сироты, ребенка, оставшегося без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и органа исполнительной власти Республики Карелия, уполномоченного на формирование списка, по последующему включению лица в список в целях обеспечения его жилым помещением по месту жительства, что создает неопределенность в вопросе об органе местного самоуправления, ответственном  за направление сведений для формирования списка.

Оспариваемые положения Закона не устанавливают и не позволяют определить сроки осуществления необходимых для формирования списка действий. Определение сроков совершения необходимых для формирования списка действий оставлено на усмотрение самих органов, участвующих в процедуре формирования списка.

Недостаточная регламентация последовательности действий, осуществляемых уполномоченными органами в целях выполнения обязательств государства как участника публичного правоотношения, в совокупности с отсутствием положений, определяющих права граждан (их законных представителей) при формировании списка, создает  условия для произвольного выбора указанными органами последовательности и сроков своих действий при формировании списка, условия для злоупотреблений,  не позволяет гражданам и их законным представителям предвидеть правовые последствия своих действий, порождает противоречивую правоприменительную практику и, как следствие, многочисленные обращения граждан в соответствующие органы за защитой своих прав.

Оспариваемые правовые предписания характеризуются тем, что они как сами по себе, так и в системе действующего правового регулирования, не устанавливают надлежащим образом необходимый процедурный механизм формирования списка лиц, имеющих право на меру социальной поддержки, что, в свою очередь, приводит к нарушению принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства.

Поскольку установление факта невозможности проживания в ранее занимаемом жилом помещении влечет включение лица, нуждающегося в обеспечении жилым помещением, в список, то установление исключительно заявительного порядка начала указанной  процедуры   позволяет перенести ответственность за выполнение государственного полномочия по контролю за использованием жилых помещений и (или) распоряжением жилыми помещениями, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых являются дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, обеспечением надлежащего санитарного и технического состояния этих жилых помещений, а также установлению нуждаемости в обеспечении жилыми помещениями указанных лиц, с органов местного самоуправления, выполняющих указанные переданные государственные полномочия,  непосредственно на самих лиц, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями, часть из которых не обладает полной дееспособностью.

Оспариваемые положения пункта 4 Порядка, предусматривая, что заявитель в составе документов представляет медицинскую справку о заболеваниях лиц, проживающих в закрепленном жилом помещении, а также заключение межведомственной комиссии о несоответствии жилого помещения требованиям, предъявляемым к жилому помещению, устанавливают юридически невозможные к выполнению заявителем требования.

Оспариваемым пунктом 4 Порядка установлены не соответствующие целям социального и правового государства нормы, которые позволяют возлагать на граждан выполнение обязанностей государства по контролю за использованием жилых помещений и (или) распоряжением жилыми помещениями, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых являются дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, обеспечением надлежащего санитарного и технического состояния этих жилых помещений, а также установлению нуждаемости в обеспечении жилыми помещениями указанных лиц, с органов местного самоуправления, выполняющих указанные переданные государственные полномочия,  непосредственно на самих лиц, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями, часть из которых не обладает полной дееспособностью, содержат как излишне обременительные, так и юридически невыполнимые требования для граждан,  что  существенно затрудняет  учет детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями, а, следовательно, и реализацию ими права на дополнительную меру по социальной защите в виде однократного предоставления благоустроенного жилого помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений.

Таким образом, Конституционный Суд Республики Карелия:

признал не соответствующими Конституции Республики Карелия, ее статьям 5 (части 1 и 2) и 19 (часть 1), правовые предписания частей 6, 7  статьи 3, частей 1, 2 статьи 4  Закона Республики Карелия от 28 ноября 2005 года № 921-ЗРК «О государственном обеспечении и социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» в той мере, в какой они не обеспечивают формирование списка детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения  родителей, как обязательной стадии обеспечения права детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей на дополнительную меру по социальной защите в виде однократного предоставления благоустроенного жилого помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений;

признал не соответствующими Конституции Республики Карелия, ее статьям 5 (части 1 и 2), 17, 19 , 24 (часть 3), правовые предписания пункта 4 Порядка установления факта невозможности проживания детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц  из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в ранее занимаемых жилых помещениях, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых они являются, утвержденного постановлением Правительства Республики Карелия от 19 марта 2013 года № 99-П, в той мере, в какой они предусматривают рассмотрение вопроса об установлении факта невозможности проживания детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в ранее занимаемых жилых помещениях, нанимателями или членами семей нанимателей по договорам социального найма либо собственниками которых они являются, исключительно в заявительном порядке, а также устанавливают обязанность заявителя по предоставлению медицинской справки о том, что лица, проживающие в жилом помещении, страдают тяжелой формой хронических заболеваний, при которой в соответствии с установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти перечнем заболеваний совместное проживание с ним граждан в одном жилом помещении невозможно, и заключения межведомственной комиссии, образованной в соответствии с Положением о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 28 января 2006 года № 47, о несоответствии жилого помещения требованиям, предъявляемым к жилому помещению, с указанием оснований, по которым жилое помещение признается непригодным для проживания.

Председательствовала в процессе Данилова Мария Вадимовна

Судья-докладчик Тайбаков Алексей Алексеевич

Рубрики: Новости