Статья и.о. Председателя КС РК П.А. Союнена

Статья исполняющего обязанности Председателя Конституционного Суда Республики Карелия П.А. Союнена, опубликованная в Вестнике Уставного суда Калининградской области № 13-14 (июль-август 2010)

Состояние, проблемы, перспективы
конституционной юстиции в субъектах Российской Федерации

Митюков Михаил Алексеевич, человек известный и уважаемый  в нашей среде, в беседе с Андреем Викторовичем Безруковым – кандидатом юридических наук, доцентом Сибирского юридического института МВД России (Красноярск), опубликованной в четвёртом номере Российского юридического журнала за 2009 год, очень точно подметил, что те или иные разговоры о проблемах конституционной юстиции в субъектах Российской Федерации, как лакмусовая бумажка, меняют свою окраску в зависимости от времени и места их обсуждения. Полностью соглашаясь с этим наблюдением, хочу призвать своих коллег не придерживаться этой тенденции при обсуждении наших проблем.

Все мы прекрасно понимаем, что по вполне понятным причинам  объективно сложилась ситуация при которой действующие   конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации в том виде, в котором они сегодня существуют, уже не представляют того практического интереса, который ранее  преследовался при их создании органами власти республик и областей. В некоторых субъектах Российской Федерации действующие суды длительное время не доукомплектовываются, либо сокращается количественный состав судей,  а новые суды по тем же причинам практически не создаются. Федеральный центр, следуя средневековой поговорке «Вассал моего вассала – не мой вассал», от этой проблемы дистанцировался исходя из исключительной компетенции по данному вопросу субъектов Российской Федерации. И это объективный процесс, в котором нет виноватых ни на уровне Российской Федерации, ни на уровне её субъектов.

В этой ситуации надо признать, что конституционная судебная  юрисдикция в субъектах Российской Федерации  переживает стагнацию. Такова драматургия происходящего, а это по законам жанра  требует от нас признать, что либо данный вид юрисдикции на уровне наших «пилотных» регионов на определённом  историческом отрезке времени выполнил свою роль и тем самым исчерпал свою миссию со всеми вытекающими из этого последствиями, либо следует принять «реанимационные», а значит незамедлительные меры, способные повлиять на его  сохранение и развитие.

Быть или не быть, вот в чём  вопрос. Эта фраза из монолога Гамлета у Шекспира очень подходит к характеристике текущего сущего для конституционной юстиции в субъектах Российской Федерации.

Надо сказать прямо, что, безусловно, наши первые конституционные (уставные) суды создавались, прежде всего,  как инструмент обретённой независимости или символ самостоятельности в  обеспечении собственных интересов в политическом взаимодействии с «центром». Поэтому политическая функция имманентная конституционному правосудию предполагалась первичной, а правовая сторона этого явления  вторичной.

С первых дней мы находились и продолжаем находиться под прессом  пристального научного и общественного  внимания. Сколько всего написано и сказано по поводу нашей деятельности. Сколько научных степеней получено по результатам исследования нашей работы. Какими эпитетами нас только не награждали, вплоть до самых уничижительных. Но надо отметить, что наряду с этим конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации своей практической деятельностью, при всех прочих состоявшихся и не состоявшихся ожиданиях, доказали свою востребованность именно как правовой инструмент обеспечения единого правового пространства, сделав тем самым конституционную судебную юрисдикцию более доступной. Достаточно напомнить, что по состоянию на 1 января 2007 года за 10 лет работы  ими рассмотрено 730 дел и для сравнения Конституционным Судом России за тот же период 230 дел.

Поэтому и с точки зрения необходимости расширения географии конституционной юстиции в субъектах Российской Федерации надо исходить из возвращения этой  проблемы из политического в лоно правового  общественного сознания.

Мы и сегодня в это наше, очень прагматичное время, верим в то, что конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации являются достойным инструментом сдержек и противовесов в  обеспечении баланса государственной  власти в регионах России. И пусть особенно остро это ощущалось в начале нашей работы, когда органы законодательной (представительной) и исполнительной властей республики в условиях наиболее активной и острой законодательной и нормотворческой работы чаще  разрешали спорные вопросы права в рамках судебных процедур в Конституционном Суде республики, этот инструмент установления конституционной законности, как и прежде, работает.

Между тем отдельные депутаты республиканского парламента у нас, например, постоянно муссируют вопрос об упразднении конституционного суда по основаниям недостаточной нагрузки в его работе. Причём используют для этого не, только средства массовой информации, но и официальную трибуну законодательного органа республики. И хотя в целом их не поддерживает ни законодательная, ни исполнительная власть республики, общественное отношение к нам разогревается, а указанные ветви власти республики только что приняли решение о сокращении нашего численного состава с пяти до трёх судей.

Однако самое главное заключается в том, что мы и сами понимаем – проблема с нагрузкой есть и это наша главная головная боль, т.к. в результате её снижения мы постепенно приобретаем характер рудиментарного органа, исчезающего вследствие утраты им  своего назначения. Содержание нас « на всякий случай», с точки зрения бюджетной обеспеченности большинства субъектов Российской Федерации, является слабой мотивацией, а полная зависимость судьбы этого института от отношения к нему региональной власти ещё меньшей гарантией его сохранения.

В этой ситуации считаем так же недопустимым создание видимости роста нагрузки за счёт собственного участия  в инициировании дел, например, путём «выспрашивания» обращений в наши суды  у прокуроров вместо их реагирования в ином установленном для них порядке. Всё это никак не вяжется с истинным назначением конституционной юстиции и является недостойным, унижающим её занятием. Нужны кардинальные меры.

Мы являемся сторонниками системного, стратегического выхода из создавшегося положения путём создании данного вида судов во всех субъектах Российской Федерации в обязательном порядке, а не так как это предусматривается частью 1 статьи 27 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» в диспозитивном порядке,  изменении статуса наших судов на федеральный и выстраивании единой системы конституционных судов во главе с Конституционным Судом Российской Федерации на основе  инстанционности с тем, чтобы придать осуществлению  судебной власти посредством конституционного судопроизводства по-настоящему завершённый, конституционный смысл, соответствующий требованиям части второй статьи 118 Конституции Российской Федерации.

Не думаем, что для проведения этой идеологии в жизнь могут возникнуть какие-либо непреодолимые сложности её финансового и правового сопровождения. Надо исправлять ошибки историка – правового характера и восстанавливать конституционно – правовую логику обязательности конституционного правосудия в каждом субъекте Российской Федерации на принципах построения единой системы конституционных (уставных) судов Российской Федерации. Доводов именно такой постановки вопроса большое множество.

Например, исходя из принципа осуществления правосудия  применительно к осуществлению компетенции по судебной проверке конституционности  нормативных правовых актов надлежащий суд устанавливается только Конституцией и другим законом устанавливаться не может. Данный принцип лежит в основе определения предметной, территориальной и инстанционной подсудности дел и на наш взгляд, очень красноречиво свидетельствует в пользу учреждения конституционных (уставных) судов во всех субъектах Российской Федерации.

Что же получается на практике. А на практике получается по другому принципу из нашей жизни – «да, нельзя, но если очень сильно  хочется, то можно» и делается это подчас в весьма откровенных формах. В частности, в тех субъектах Российской Федерации, где данный вид судебной юрисдикции не предусмотрен их  конституциями и уставами, произошла, как теперь принято говорить и писать, «экспансия» судов общей юрисдикции в сферу конституционного нормоконтроля.

Действуя по принципу не занятого правового поля, что опять-таки в духе нашего времени, Пленум Верховного Суда Российской Федерации Постановлением от 29 ноября 2007 года № 48 со ссылкой на часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, вопреки вышеуказанному принципу осуществления правосудия, допускает суды общей юрисдикции  к  рассмотрению нормативных правовых актов субъектов на соответствие их же конституциям и уставам. Какими бы теоретическими изысками это их право не обрамлялось, ясно одно, что сделано это с целью прикрыть очевидную прореху в связи с отсутствием надлежащих судов для осуществления конституционного правосудия во всех субъектах Российской Федерации и, надо сказать, с благословления Конституционного Суда Российской Федерации.

Надо признать, что пьянящий дух свободы  и огромное стремление к децентрализации, положенной в основу тех перемен, которые состоялись у нас в государственном устройстве  в конце прошлого столетия, не оправдали себя, и шаги эти оказались не только преждевременными, но и опасными для нашей государственности. Собственно, как сам российский федерализм в то время  в целом, так и правовой федерализм в частности легли на неподготовленную почву, и что из этого получилось, мы живые тому свидетели. Поэтому как современным нашим государственным руководителям пришлось собирать, можно без преувеличения сказать, спасать  государство, так и нам предстоит пересмотреть своё отношение к осуществлению судебной власти посредством конституционного судопроизводства.

Цена вопроса, как свидетельствуют некоторые примеры из нашей  жизни, может оказаться очень высокой.

В этой связи, например, нам памятен материал официального сайта Президента России от 16 апреля 2009 года о встрече Президента России с Председателем Конституционного Суда России, в ходе которой В.Д. Зорькин, говоря о проблемах, поделился с Президентом тем, что Конституционный Суд Российской Федерации ещё в 2000 году двумя решениями (от 7 июня и 27 июня) истолковал Конституцию России и признал, что понятие «суверенитет» не подходит к признакам субъектов в составе Российской Федерации. Однако положение не меняется (заметим – с 2000 года), и более того, как он отметил, некоторые конституционные  суды республик в своих решениях, принятых после указанных постановлений, если не прямо, то косвенно дезавуировали эти решения. Это как понимать?

На наш взгляд это больше чем  сигнал, удивляющий,  призывающий задуматься, это сигнал к принятию конкретных правовых и организационных решений и уже не сегодня, а вчера.

Не может деятельность региональных конституционных судов в рамках современного правового федерализма в России  строиться по принципу региональной «самостийности». Мы убеждены, что деятельность данных судов в целом, исходя из наших российских особенностей, должна быть унифицирована. И для этого не обязательно постоянно  искать соответствия с судоустройством, например, земель Германии и подозревать сторонников противоположной позиции  в излишнем стремлении «причесать всех под одну гребёнку», причём делая это с использованием заключений, например, Венецианской экспертной комиссии, а не отечественных специалистов. А то, знаете — ли, что называется «под сурдинку», руководствуясь такими настроениями можно далеко зайти в вопросах правового федерализма, и у нас, как мы видим,  такие примеры уже  есть. Между тем некоторые из тех  же самых германских специалистов по вопросам федерализма признают, что, совершенствуя правовой  федерализм, Россия должна идти своим путём, не обращая внимания на западные модели. Доктрины рождаются и отмирают, поэтому, как нам представляется, слепое следование им есть доктринёрство, которое вряд ли приведёт к правильному результату, скорее наоборот. Сама жизнь диктует необходимость создания новых доктрин.

Родовые, естественные признаки правовой природы как федерального, так и региональных  конституционных (уставных) судов одни и те же, связаны единой пуповиной, и поэтому региональные суды не могут являться каким-то подвидом конституционной юрисдикции, скорее их правовая природа ещё один неопровержимый довод в пользу единого устройства конституционной юстиции в России.

При условии обязательности создания конституционных судов во всех субъектах Российской Федерации и придания им федерального статуса отпала бы необходимость в их подразделении на конституционные и уставные суды и сам по себе возник бы  вопрос, замыкающий триаду – это вопрос  о необходимости пересмотра их компетенции, что, по нашему мнению, поставил бы всё на свои места, в том числе и по самому судьбоносному  вопросу – вопросу  о нагрузке.

Понимаем, что не все готовы сегодня согласиться с таким предложением, но стремление обвинить сторонников построения конституционной судебной юрисдикции по принципу вертикали в некоем получении конституционными (уставными) судами дополнительных гарантий статуса  и надёжности  своего существования подобно «безбедному» положению федеральных судей, как истинной цели указанного  предложения, оставляем без замечаний.

Мы готовы обсуждать и иные пути выхода из складывающегося положения, понимаем, что само по себе и вдруг ничто не происходит, надо действовать. Естественно, прежде всего, необходимо  сформировать консолидированную  волю на нашем собственном уровне, пока это не сделали вместо нас. Но эту, прямо скажем, нелёгкую работу, в силу автономности наших судов должен возглавить очень авторитетный человек, который в последующем смог бы отстаивать эту волю на соответствующих государственных уровнях её продвижения в жизнь. В этой связи нам представляется, что взять на себя эту роль локомотива мог бы Валерий Дмитриевич Зорькин. Он не только Председатель Конституционного Суда России, он ещё и Председатель Консультативного Совета председателей конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации, известный учёный в этой области знаний, располагающий огромным аппаратом авторитетных учёных, и что особенно важно для наших подходов, он, по собственному его признанию, например, в ходе интернет – конференции «к 10-летию Конституции Российской Федерации», на вопрос ведущего признался, что в идеале, конечно, он бы всячески приветствовал создание системы конституционных судов, но к числу оптимизированных сторонников этой идеи он себя не относит. Правда здесь же, пусть и по другому поводу, Валерий Дмитриевич привёл очень хорошее изречение одного из великих немецких юристов 19 века – « В борьбе обретаешь ты право своё», и нам показалось, что он не против побороться за перемены к лучшему.

Наука и практика для ответа на поставленный жизнью гамлетовский вопрос давно созрели, надо запускать механизм. Пока не поздно, соглашайтесь, Валерий Дмитриевич, давайте воспользуемся этим шансом и, руководствуясь смыслом указанного изречения, объединим наши совместные усилия во имя  создания достойных условий защиты конституционных прав и свобод наших граждан.